Земляки: Он сначала научился петь, а потом говорить

Просмотров: 1768
13 августа 2016 14:20
Фото из семейного архива Брауэр и архива капеллы «Таврия».
Фото из семейного архива Брауэр и архива капеллы «Таврия».
24 апреля этого года исполнилось сто лет со дня рождения Бориса Вильгельмовича Брауэра. Он прожил трудную, но замечательную жизнь. И на всем ее протяжении его настоящим другом была песня.

«После боя сердце просит музыки вдвойне!»

Б. Брауэр родился 24 апреля 1916 г. в Киеве. Его предки впервые попали в Киев более 200 лет назад, когда Екатерина II пригласила иностранцев в Российскую империю обживать малонаселенные земли, в том числе и Украину. Так что Б. Брауэра можно смело назвать коренным, потомственным киевлянином.

Как вспоминает супруга Бориса Вильгельмовича Юлия Григорьевна, муж всегда шутил, что петь он научился раньше, чем говорить. Хотел связать свою жизнь с музыкой, песней, но в Киевскую консерваторию его не приняли. Причем, не из-за недостатка знаний или таланта, а из-за пресловутой «пятой графы» - в Советском Союзе в пятой графе типовых анкет указывалась национальная принадлежность. Так вот у Бориса Вильгельмовича была «проблемная» национальность - немец. А вот в Киевском индустриальном институте национальной дискриминации не было, и Б. Брауэр поступил и успешно учился в этом вузе. В июне 1941 года ему и нескольким десяткам его однокурсников должны были торжественно вручать дипломы, но все планы нарушила война. И только в 1946 году дипломы о высшем образовании получили всего лишь десять оставшихся в живых выпускников 41-го. Был среди тех, кто прошел пекло войны, и Б. Брауэр. А помогала ему выжить в кровавые и огненные годы песня.

Вот один из примеров. По словам Юлии Григорьевны, как-то они с мужем отдыхали в Цхалтубо. Шли мимо санатория «Дружба», а Борис Вильгельмович и говорит, указывая на один из его корпусов: «Здесь я в госпитале лежал». Как не зайти?! Идут они по коридору, Борис Вильгельмович экскурсию проводит: «Вот здесь тогда операционная была, а в этой комнате - моя палата. Я вот в этом углу лежал». «Неправда, - говорит старенькая нянечка-санитарочка, которая разрешила непрошенным гостям пройти внутрь помещения. – В этом углу немец лежал, который постоянно пел». – «Так это я и есть!» Такого поворота событий не ожидал никто. Вот это была встреча! Обнимались, плакали. Нянечка, которая в годы войны в этом госпитале санитаркой работала, Юлии Григорьевне говорила: «Он умирал, но пел. В войну перитонит после операции тысячи солдат в могилу уложил, а он выжил!»

«И в 90 голос не постарел нисколечко»

Семья Брауэр попала в Мелитополь случайно. Они остро нуждалась в жилье. И вот однажды в «Экономической газете» увидели объявление о том, что на мелитопольский завод имени Воровского (позже «Продмаш») требуется специалист, которому предоставляется жилье. Перебравшись в Мелитополь и устроившись на завод, где Б. Брауэр многие годы проработал заместителем главного технолога, он тут же стал активным участником заводской самодеятельности. Пел также в дружных компаниях сослуживцев, собиравшихся отметить праздники и дни рождения коллег, на заводских «огоньках».

Как-то на одном из городских смотров художественной самодеятельности видного, с сильным, красивым, бархатным голосом солиста-аматора приметил создатель хоровой капеллы «Таврия» Леонид Шермейстер. «Нечего сачковать и петь баритоном. Вы - тенор. Приходите к нам», - сказал Леонид Юльевич. Так в 1966 году Борис Вильгельмович стал участником хоровой капеллы и вокальной студии при ДК им. Т. Шевченко, которой тогда руководила ныне заслуженный работник культуры Украины, почетный гражданин Мелитополя Юлия Чабанова.

Как вспоминает Юлия Михайловна, Б. Брауэр обладал широким голосовым диапазоном и выступал с большой вокальной концертной программой, в которую входили классические и современные произведения, народные песни, романсы. Но его «коньком» были песни о Великой Отечественной войне. Их фронтовик Брауэр исполнял с особенным душевным трепетом, прочувствованно. Борис Вильгельмович победил на Всесоюзном конкурсе патриотической песни.

- Мы, участники капеллы, жили, как одна семья, отмечали дни рождения, знали о проблемах и радостях каждого, помогали, дружили, - говорит бывшая староста капеллы «Таврия», участница хора ветеранов «Фронтовичка» Таиса Цехмистро. – Мы исколесили с концертами весь Советский Союз. Выступали в Севастополе, Волгограде на Мамаевом кургане, Ленинграде, Хатыни, Москве у могилы Неизвестного солдата. Ездили в Польшу, в город Вроцлав на фестиваль хоровой песни, в Чехословакию. Жизнь у нас кипела.
Коллеги по творческому цеху говорят, что когда Борис Вильгельмович выходил на сцену, все взгляды были прикованы к нему: красивый, высокий, стройный, очень любил светлые, белые концертные костюмы. «Не седой, - с нежностью вспоминает облик мужа Юлия Григорьевна, которая младше Бориса Вильгельмовича на 18 лет. – Я поседела и все ожидала, что поседеет и Борис. Но нет».

За столько лет выступлений перед зрительным залом можно было уже и привыкнуть, но Борис Вильгельмович всегда волновался перед выходом. Но стоило ему ступить на сцену, и все волнения исчезали. А еще этому предшествовали многие часы подготовки: дважды в неделю занятия в капелле, один раз – в «Эдельвейсе», дополнительные индивидуальные занятия, как солиста.

Более 40 лет Б. Брауэр выступал в капелле. Кроме того, его приглашали петь в хоровом коллективе «Фронтовичка», где он был одним-единственным мужчиной-солистом. Он также был участником ансамбля немецкой песни «Эдельвейс». Борис Вильгельмович пел до 90 лет. Удивительно, но его бархатный, ни с кем несравнимый голос и в 90 не постарел нисколечко.

«Романтиков таких уж больше не найдешь»

«Так петь мог только счастливый человек», - заметили коллеги по «Фронтовичке». А Борис Вильгельмович и вправду был счастлив: всегда рядом любимая Юленька, крепкая семья, замечательный сын, работа, в которую он тоже вносил творчество. Б. Брауэр – автор множества запатентованных рационализаторских предложений.

- Они с Юлией Григорьевной были идеальной семьей, образцом для подражания и предметом легкой, белой зависти, - улыбаются умудренные жизненным опытом «фронтовички». - Они были половинками одного целого, любили друг друга, уважали, заботились друг о друге.

Юлия Григорьевна приходила вместе с мужем на репетиции, участвовала в жизни капеллы, на праздничные коллективные застолья всегда готовила вкуснейшие блюда. Если Борис Вильгельмович на репетицию приходил один, то все знали, это потому, что она совпала с занятиями Юлии Григорьевны в группе «Здоровье», организатором которой она является с 1981 года.

Сама Юлия Григорьевна не пела, а вот послушать пение мужа любила. Особенно романсы в его исполнении. «У Бориса была «визитная карточка» - романс «Осіннє золото». «А я люблю, а я люблю, як в юностi…» - есть такие строки в припеве. Любил романсы из репертуара Малинина. В каждой семье есть свои традиции, вот и мы отмечали день нашего первого свидания. Я однажды написала такую небольшую стихотворную зарисовку: «Отметили день первого свидания: дождь, ветер – все как тогда. Хотя прошло уже почти полвека, надо же, а в этот день почти дождит всегда. Ты снова мне романсы пел, забыл слова и что-то перепутал. Но так старался, так понравиться хотел, что прямо на глазах помолодел! А у детей такого дня и нет. Сказала – только рассмеялись. Романтиков таких уж больше не найдешь. Вот только мы с тобою и остались».

Незаменимые есть

Есть в Мелитополе одна неизменная традиция: 9 мая народный хор ветеранов «Фронтовичка» и участники хоровой капеллы «Таврия» дают концерт-реквием на Братском кладбище. Многие годы на этом концерте «День Победы» звучал в исполнении солиста Бориса Брауэра. Он ушел из жизни 5 мая 2009 года, не дожив до светлого Дня Победы. 9 мая Юлия Григорьевна, как и много-много лет подряд, пошла на Братское кладбище. Шел концерт-реквием, артисты стояли в несколько рядов, а в одном ряду - пустующее место. Здесь стоял Борис Вильгельмович и его место не занял никто.





Имя:
Ваш комментарий:

Похожие новости: