Моряки на Конской реке - как попали на степную речку, в 75 км от Мелитополя, боевые корабли?

Просмотров: 1170

5 декабря 2021 12:11

Моряки на Конской реке - как попали на степную речку, в 75 км от Мелитополя, боевые корабли? фото

18 сентября 1941 г. в четырех километрах выше села Благовещенского на реке Конской (Конке) тишину запорожской степи разорвали пять раскатистых взрывов. Это моряки в безвыходной ситуации взорвали свои корабли.

Как попали на степную речку, в 75 километрах от Мелитополя, боевые корабли Дунайской военной флотилии?

От Дуная до Днепра

Монитор «Мартынов» построили в 1937 г. для Днепровской военной флотилии. В 1940-м он перешел в новосозданную Дунайскую флотилию (ДуФ). Там он встретил войну, вместе с Красной Армией отступал на восток, обеспечивая переправы и прикрывая огнем прибрежные фланги наших войск. Так и оказался корабль на реке Днепр.

К этому времени 18-ю армию (командующий генерал-лейтенант А. К. Смирнов) немецко-румынские войска прижали к правому берегу Днепра. Необходимо было в кратчайшие сроки перебросить армию на левый берег. Переправочные средства были, но не хватало огневого прикрытия. Эту задачу можно было выполнить только при помощи корабельной артиллерии.

Командующий Черноморским флотом вице-адмирал Ф. С. Октябрьский 10 августа 1941 г. отправил из Севастополя шифрограмму наркому Военно-морского флота СССР Н. Г. Кузнецову и командующему Южным фронтом генералу армии И. В. Тюленеву. В ней адмирал предлагал направить на подмогу в район Никополя отряд кораблей ДуФ - монитор, пять бронекатеров и две канонерских лодки - «Днепр» и «Буг» из Новороссийской базы. Предложение одобрили, 15 августа бронекатера получили приказ выходить в район Никополя. Группой командовал 29-летний киевлянин, капитан-лейтенант Л. С. Шик, бывший командир «Мартынова». Командование кораблем он 13 августа передал старшему лейтенанту А. Е. Харченко.

Бронированный катер с десантом морской пехоты. Мощный мотор позволял катеру развивать скорость свыше 30 км/ч. Благодаря небольшой осадке, судно активно действовало на озерах и реках. Такие бронекатера называли «речными танками»

Под прикрытием корабельной артиллерии переправа войск через Днепр прошла успешно. Операция прошла быстро и без потерь, на самой крупной переправе, организованной в Никополе. Войска и технику переправляли пароходы «Правда», «Папанин», «Пролетарий», «Серп», «Ударник», восемь газоходов и катеров, 18 барж и шаланд.

От Никополя до Запорожья

17 августа неприятель вошел в Никополь. Немецкое командование планировало форсировать Днепр, нанести с Никопольского плацдарма стремительный удар на Мелитополь, перерезать коммуникации 9-й армии, окружить и уничтожить ее. Это позволило бы 11-й немецкой армии все освободившиеся войска направить на захват Крыма и, прежде всего, Севастополя.

Этим планам мешала группа кораблей капитан-лейтенанта Л. Шика. Моряки срывали все попытки врага наладить переправу через Днепр. Отряд действовал на участке от Никополя до Запорожья. В первые дни морякам пришлось выполнить одну очень сложную задачу.

Еще в 1854 г. в Никополе построили церковь преподобного Иоанна Дамаскина. При ней было воинское кладбище - 1252 захоронения участников Русско-турецкой войны и обороны Севастополя, умерших от ран в близлежащем госпитале. Стоял храм на 50-метровой круче, и с колокольни на много километров просматривались боевые порядки 18-й армии. Естественно, немцы устроили на ней наблюдательно-корректировочный пункт (НКП). Он обеспечивал прицельный огонь по советским войскам, и его необходимо было срочно ликвидировать. Выполнить эту задачу могли только моряки. Вот как вспоминал бывший командир артиллерийской боевой части монитора лейтенант А. Г. Кузнецов.

Церковь в Никополе, купол колокольни которой снес выстрелом артиллерист монитора «Мартынов». 1940-е годы.

«... Как сейчас помню первую заявку командования 18-й армии, которую приказал мне выполнить наш командир отряда Л. С. Шик, возвратившись вместе с замполитом Никитой Яковлевичем Шкляром из штаба армии: «Уничтожить НКП противника, расположенный на колокольне церкви в Никополе… Сложность выполнения приказа-заявки, как артиллерист, я сразу понял, как только в кают-компании корабля раскрыл карту: с большой дистанции, по невидимой наводчиками цели вероятность попасть в купол церкви весьма мала. Но приказ есть приказ, и его надо выполнить. Избрав место, мы расположились на ближайшей возвышенности левого берега, проведя с корабля телефонную линию. Нас было всего трое: я, дальномерщик Александр Резник и командир отделения сигнальщиков Константин Грачев. Последний держал связь с кораблем и передавал по телефону на пост управления, на котором находился артэлектрик Килимник.

Произведя расчеты и передав команды, с корабля вдруг сообщили, что к нам на корпост вышел сам командир отряда Л. С. Шик, и приказание: ждать его. С приходом Леонида Самойловича, проверив еще раз все данные расчетов и получив от него разрешение, я скомандовал: «Одним орудием - огонь!». И тут же последовал выстрел левого орудия, командиром которого бы главстаршина А. Майборода. Пристрелку мы вели одним орудием - с целью максимального уменьшения в нанесении тяжких бед городу. Разрыв первого снаряда у нас никто не видел. Как видно, он лег с перелетом, и взрыв был прикрыт самой церковью. Уменьшив прицел на два кабельтова и дав второй выстрел, мы ясно увидели его взрыв недолетом перед церковью - снаряд попал в крышу ближайшего дома. Своим взрывом он на мгновение красночерепичной пылью прикрыл завесой церковь. В этот момент я и ощутил всю горечь душевной печали - ведь в этом доме могли быть наши не эвакуированные люди. Увеличив на один кабельтов прицел, я вновь скомандовал: «Огонь!». Прогремел раскатистый выстрел, и был слышен свистящий, утихающий полет снаряда. Но из нас вновь никто разрыва его не увидел.

Я предложил командиру отряда прекратить стрельбу - ведь мы стреляли по своим. После небольшой паузы, он сказал: «Точнее наводить!» Хотя в первоклассных наводчиках я был уверен, они никогда не подводили, тем более в таком прекрасном специалисте, как комендор Снежко.

Снова выстрел после команды: «Огонь!». Все, затаив дыхание, смотрели на церковь, возвышающуюся над городом: мы с командиром отряда в бинокль, Резник в дальномер, а Грачев - невооруженным глазом. И сейчас трудно даже представить чувство радости, когда мы увидели прямое попадание в купол церкви! Прекрасно была видна огневая вспышка взорвавшегося снаряда и огромный пролом в куполе с покореженными листами железа.

И сейчас, с волнением вспоминая тот день, успокаиваешь себя тем, что три снаряда в четыре дюйма, не попавшие в церковь, возможно, не принесли горе нашим людям. Всю стрельбу и прямое попадание в купол церкви наблюдали соединения и части 18-й армии, занимавшие оборону по левому берегу Днепра, напротив Никополя. И, вероятно, многие из тех, кто ругал нас за стрельбу по городу, также были рады, как и мы, увидев прямое попадание четвертого снаряда в НКП врага! Ведь приказ командования 18-й армии был успешно выполнен!».

Лейтенант Анатолий Герасимович Кузнецов в июне-сентябре 1941 года командовал артиллерийской боевой частью монитора «Мартынов»

Ликвидация НКП была своевременной еще и потому, что командование 18-й армии планировало на 27 августа наступательную операцию. Она предполагала форсирование Днепра, освобождение Никополя, других крупных населенных пунктов и создания плацдарма на правом берегу. К участию в операции привлекали и отряд Л. С. Шика, который предполагалось выдвинуть к Великой Знаменке. Но наступление пришлось отменить. 25 августа советские войска оставили Днепропетровск и под натиском противника начали отвод войск на юго-восток, открывая правый фланг 18-й армии.

«Погибаю, но не сдаюсь!»

31 августа немецкие войска форсировали Днепр у Каховки, создали плацдарм и начали перебрасывать на него пехоту, артиллерию и танки. Корабельная группа Л. Шика оказалась отрезанной от главных сил флотилии. Она продолжала сражаться, выполняя заявки командования 18-й армии. В первой половине сентября корабельным огнем моряки: вывели из строя румынский батальон у с. В. Тарасовка; на северной окраине Никополя уничтожили батарею из десяти тяжелых орудий; под с. Н. Воронцовка рассеяли батальон мотопехоты и роту танков; под с. Любимовка рассеяли роту мотопехоты и взвод танков.

11 сентября немецкие войска прорвали фронт обороны 9-й армии на каховском плацдарме и стали развивать наступление в направлении Мелитополя. 18-я армия вынуждена была отходить своим правым флангом к днепровским плавням у с. Балки, оставив район Никополя. Корабельный отряд к этому времени потерял в бою один бронекатер. Вместе с армией, прикрывая артогнем ее прибрежный фланг, отряд вошел в приток Днепра - реку Конскую.

В своем дневнике командующий ЧМФ Ф. Октябрьской записал: «18 сентября. 1. 18-я армия отходит, а у нас на Днепре находится отряд кораблей Дун. воен. фл. под командованием т. Шика - 1 МН, 4 БК. Приказал т. Шику от Никополя прорываться в Запорожье, где действует 12-я армия. 2. Дал приказания ком. Азовской воен. флотилии тов. Александрову А. П. все время иметь 2 КЛ (канонерские лодки) в районе Геническ-Арабатская стрелка, чтобы действовать совместно с частями 51-й армии, а одну КЛ в районе озера Молочного по стрелке до Степановка - остров Бирючий, чтобы противник не прорвался у 9-й армии по стрелке в тыл Мелитополю».

Таким образом, силы флота прикрывали наш город на дальних подступах: на севере (Днепр) и на юге (Кирилловка - Степановка).

К сожалению, выполнить приказ Л. Шик уже не мог. Прорыв к Черному морю исключался, оба берега уже занимал противник. То же было и в районе Запорожья. Поэтому после отхода 18-й армии от левого берега Днепра монитор и бронекатера поднялись вверх по течению Конской. Там, в четырех километрах выше Благовещенска, расстреляв весь боезапас, по приказу командующего флотилией и командующего 18-й армией 18 сентября в 4 часа 18 минут взорвали суда. Перед подрывом кораблей моряки, соблюдая старую флотскую традицию, подняли на мачтах флажный сигнал «Погибаю, но не сдаюсь!».

А война продолжалась

Как сложилась судьба командира героического отряда - капитан-лейтенанта Леонида Самойловича Шика? Он продолжил служить на Черном море, в звании капитана 3-го ранга командовал канонерской лодкой «Красная Абхазия». За участие в высадке десанта в Керченско-Феодосийской операции (1941) был награжден орденом Красного Знамени. 4 февраля 1943 г. при высадке десанта морской пехоты на Малую землю под Новороссийском был тяжело ранен, но продолжал командовать кораблем. Рана оказалась смертельной… Л. С. Шик посмертно награжден орденом Отечественной войны I степени.

Капитан-лейтенант Леонид Самойлович Шик, командир Никопольского отряда кораблей Дунайской флотилии

Командир одного из орудий на «Мартынове», старшина 2-й статьи Андрей Лаврентьевич Майборода воевал в Азовской военной флотилии. Командуя зенитными расчетами на канонерской лодке «Дон», он обеспечивал защиту кораблей и десантов от авиации противника. Награжден орденом Красной Звезды (1942).

Уроженец Черниговщины, замполит отряда гвардии капитан 3-го ранга Никита Яковлевич Шкляр служил при политотделе эскадры кораблей ЧМФ и умер тридцатилетним 20.01.1943 г. после заражения, вызванного острым аппендицитом.

Командир отделения сигнальщиков, одессит Константин Петрович Грачев с 1942 г. командовал одним из постов службы наблюдения и связи АзВФ. При нападении на пост вдвое превосходящих сил врага вступил в неравный бой и успешно отбил атаку, взяв пленного. Участник Крымского десанта, во время которого обеспечивал связью и наблюдением командование. Награжден орденом Красной Звезды (1945) и медалью «За оборону Кавказа».

...Прошли десятилетия. В 1954 г. после заполнения Каховского водохранилища низовье Конки и часть ее русла скрылись под водами Каховского моря. Какова же судьба погибших кораблей? Подняли ли их после войны? Или они до сих пор покоятся под толщей днепровских вод?

Благодаря помощи музейных работников, я связался с А. Н. Чудновцом, главой Киевского военно-исторического товарищества. Он рассказал, что корабли оказались настолько повреждены взрывами, что восстановить их было невозможно. После освобождения Запорожского края, водолазы обследовали их, сняли вооружение и уцелевшие механизмы. После войны все выступающие над водой надстройки срезали на металлолом. А корпуса кораблей до сегодняшнего дня, вероятно, покоятся на дне Каховского моря, в бывшем русле реки Конка, являя собой своеобразный подводный мемориал. По словам А. Чудновца, на берегу это место никак не обозначено. А жаль...

Автор - Б. Д. МУКАСЕЕВ, Мелитопольский краеведческий журнал № 13.



Похожие новости: