Рожденное в муках: коммунальное хозяйство Мелитополя 80 лет назад


11 Июля 2007 00:00 | Автор: Роман КЛОЧКО

Добавить в:

Да будет свет!

В начале 20-х годов XIX в. такое удовольствие, как электричество, простым горожанам было недоступно. Городская электростанция с 1922-го по апрель 1924 г. не работала из-за отсутствия топлива. Ее заменяли две небольшие электростанции театров Свердлова и Шевченко, мощности которых хватало только на государственные учреждения и фонари на центральных улицах.

В эти годы границы Мелитополя расширились: в состав города вошли поселки Юровка, Красная Горка, Новый Мелитополь. Возобновили свою работу промышленные предприятия. Новых потребителей городская электростанция обслужить не могла: две паровые машины мощностью 250 и 125 лошадиных сил были сильно изношены и еле справлялись с нагрузкой, работая только по ночам. В докладе заведующего горкоммунхозом окружной плановой комиссии, составленном в 1927 г., сообщалось: «Энергии в резерве почти нет, что в случае внезапной остановки или порчи одной из машин может оставить часть города без света». Мешало нормальной работе станции и то, что она находилась в нижней части города, которая затапливалась во время разливов реки Молочной.

За свет горожане платили сначала «полампочно» - в зависимости от мощности и количества лампочек. Это создавало большой простор для хищений электроэнергии и заставило городское руководство побеспокоиться об установке счетчиков, которые сдавались напрокат.

Наконец в 1928 г. была пущена новая электростанция.

«Станция находилась там, где сейчас спортзал ТГАТА, - вспоминает ее бывший работник С. В. Савускан. - На ней работали три двигателя (мощностью 600 лошадиных сил каждый. - Р. К.) с генераторами марки «Фейзер», полностью обеспечивавшие весь город светом. Однажды на электростанции произошла авария: сломался вал, и огромный маховик выкатился из помещения, пробил ворота, выскочил на улицу и где-то упал. Другие два двигателя нормально работали и до войны, и после войны, когда станцию восстановили. Затем для электростанции выстроили новый корпус на ул. Луначарского (теперь там теплосеть) и установили там турбины».

Город мучила жажда

Из доклада заведующего горкоммунхозом, составленного в 1929 г., известно, что «из 1500 домовладений в городе охвачено водопроводом 268». Вода в город поступала из четырех артезианских скважин, две из них находились на Базарной площади, одна - на Ярмарочной и одна - на Алексеев-ской улице (нынешняя ул. Профинтерна). Все вместе они давали 115 тысяч ведер воды в сутки. В нижнюю часть города вода поступала самотеком, а в верхнюю подавалась насосной станцией на Базарной площади. Те, кто не имел кранов в домах, могли набрать воду в водоразборных колонках. О том, как они работали, пишет Д. И. Гордон в своей книге «Это было в Мелитополе»:

«Рядом с колонкой, чуть выше ее, в полустеклянном домике, сидела женщина в очках. Она регулировала подачу воды. Как она это делала, не знаю, но вода была платной. Цены на нее вроде бы смехотворные - 1 копейка за два ведра. Чугунная колонка высотой мне чуть выше пояса. Сбоку - небольшая железная ручка. А выше ручки на корпус колонки приварен металлический набалдашник, как крючок, на который можно навесить ведро. В нескольких сантиметрах от него вверх - прорезь для монет. Примерно за минуту натекало ровно два ведра. Если мало двух ведер - гони еще монетку».

Тарифы на воду, утвержденные в 1923 г., - это образец изобретательности местных чиновников. Если разделение абонентов на категории (частные лица, государственные учреждения) еще можно понять, то некоторые тарифы просто поражают. Так, например, за пользование ванной горожане должны были платить 50 коп. в месяц, за пользование комнатной уборной - 1 руб., за прокат водомера - 1 руб., за просмотр водомера - 1 руб. (деньги брали даже за снятие показаний счетчика!).

А между тем состояние водопровода оставляло желать лучшего. Оборудование насосной станции (18-сильный нефтяной и 15-сильный электрический двигатели) было устаревшим и изношенным, трубы, проложенные еще в конце XIX - начале XX вв., тоже отслужили свое, и летом в городе ощущалась нехватка воды. Самым страшным было то, что из-за низкого давления воды бездействовали пожарные краны. Случись в городе большой пожар, тушить его пришлось бы очень долго, ведь пожарная охрана имела всего две машины, собранные из старых автомобилей.

В октябре 1928 г. горкоммунхоз приступил к строительству нового водопровода. Тянуть уже было нельзя: в воде нуждалась не только старая часть города, но и присоединившиеся поселки, а также строящаяся беконная фабрика (нынешний мясокомбинат). Проектом нового водопровода предусматривалось построить более мощную насосную станцию на площади Труда (бывшая Ярмарочная, возле нижней площадки моторного завода) с тремя насосами мощностью 22, 42 и 105 лошадиных сил, проложить новые магистрали, пробурить четыре новые скважины, построить новые колонки и пожарные краны.

Повозки вместо канализации

В 20-х годах прошлого века мелитопольцы не знали, что такое забившаяся канализация. Не знали потому, что в городе ее не существовало. Вместо нее работали ассенизационные обозы - коммунальный, частный и железнодорожный. Все они состояли из конных повозок с бочками. Ассенизаторы по ночам чистили выгребные ямы черпаками и вывозили содержимое на свалку, находившуюся за городом. Мало того, что свалка находилась за несколько километров от города, так еще и ехать туда приходилось по грунтовым дорогам, которые весной и осенью превращались в грязь.

Такое положение вынудило заведующего городским трестом «Водосвет» обратиться в октябре 1930 г. в Одесский филиал института «Гипроград» с просьбой составить проект «ночного свалочного места вблизи города на расстоянии не более 1-1,5 км с тем, чтобы жидкие отбросы спускать в грунтовые воды, а густое как-либо утилизировать». Нашел он и место неподалеку от города. Но в институте проект составить отказались, сославшись на то, что «устройство поглощающих колодцев, как меро-приятия антисанитарного, за-прещено существующими законоположениями и применение таких колодцев не может быть рекомендовано и допущено в условиях вашего города».

Документов о том, когда же, наконец, в Мелитополе появилась канализация, мне найти не удалось. Но и без них ясно, что сейчас положение намного лучше: по крайней мере, никто не заставляет лошадей возить продукты чьей-то жизнедеятельности за несколько километров от города.

Проблемы, пережившие десятилетия

Помните комментарии белорусских журналистов и заезжих звезд по поводу чистоты улиц нашего города? Так вот, в 20-е годы с вывозом мусора тоже было немало проблем. Вот что писала в своем докладе окружная коллегия рабоче-крестьянской инспекции, обследовавшая коммунальное хозяйство Мелитополя в 1925-26 гг.: «Кроме базарной площади и центра базара, уборка производится бесплатно, но близ больших корпусов уборка производится за счет арендаторов магазинов как на площади, так и на улице, но не во всех случаях, а добровольно - по словесным договорам, что уже ненормально, так как часть улиц бывает убрана, часть нет. Такое самое и с остальными площадями (улиц), а на окраинах города улицы совсем не убираются ни дворниками, ни домовладельцами, ни городом. Городу необходимо самому производить уборку всех улиц, и за это должны платить все домовладельцы и арендаторы».

Вы не поверите, но еще 80 лет назад рынок на площади Революции был для местных властей настоящей головной болью. Здесь не помещались не только сами торгующие, но и транспорт - крестьянские подводы. Они останавливались возле рынка и на близлежащих улицах, оставляя после себя настоящий свинушник. Чтобы прекратить это безобразие, в июле 1927 г. секция местного хозяйства горсовета приняла такое решение:

«1. Чтобы крестьянские подводы с сеном, половой, дровами и скотом, въезжающие в город со стороны Бердянского моста, не допускались в центр города, а направлялись средствами гормилиции по улицам К. Радека (ул. Профинтерна. - Р. К.), Ленина и ул. К. Либкнехта (теперь ул. Невского. - Р. К.) на площадь Труда.

2. Чтобы аналогичные крестьянские подводы, въезжающие в город со стороны ул. Фрунзе, не допускались для проезда по улице К. Маркса, а направлялись на площадь Труда по Пролетарской улице до Раковского (скорее всего, части улиц Луначарского и Профинтерна. - Р. К.), а далее следовали по маршруту, указанному в п. 1.

3. Чтобы гормилиция приняла все необходимые меры к абсолютному недопущению стоянки, а тем более кормежки крестьянских лошадей и подвод по всем улицам города за исключением площади Труда.

4. Горкоммунхозу предложить вывесить надписи с указанием мест стоянки извозчиков, а также таблицы с указанием мест остановки подвод, приезжающих на базар».

О том, как выполнялось это распоряжение, документы умалчивают. Но вот прошло 80 лет, и тем, кто приезжает на Центральный рынок, снова тесно на узких улицах, просторных для века девятнадцатого, но ставших неудобными для века двадцать первого.

Был в коммунальном хозяйстве и автотранспорт - пять грузовиков и две легковушки. Они использовались для грузо-, и пассажироперевозок, но в 1926 г. были ликвидированы из-за своей изношенности.

Лучше или хуже?

Вот таким было наше коммунальное хозяйство. Что и говорить, за прошедшие десятилетия многое изменилось: стали общедоступными водопровод и электричество, появилась канализация, отсутствие которой доставляло столько хлопот городу, а уж о паровом отоплении или использовании газа в таких масштабах мелитопольцы 20-х и мечтать не могли. Но проблем меньше не стало: к перегорающей проводке, перебоям с водой и мусорным завалам добавилось тревожное ожидание отопительного сезона. Пожалуй, только оглянувшись назад, понимаешь, что все было не так уж плохо…

Использованы документы Государственного архива Запорожской области.


Версия для печати