Урок для «беспредельщиков»

Добавить новость


4 Ноября 2012 12:49 | Просмотров: 541 

Агрессия против нашей типографии и лично против меня, имевшая место на последней предвыборной неделе, приобрела достаточно большой резонанс. Разумеется, это – частный случай: «с душком», но не самый гнусный из беспределов вокруг выборов. То, что делали наши мелитопольские «защитники» - милые ребячьи шалости по сравнению с действиями «Беркута» в ночь с 1 на 2 ноября в Первомайске Николаевской области.

Однако для Мелитополя случившееся - событие. Учитывая значимость темы, мы будем продолжать ее освещение регулярно. До тех пор, пока не будут наказаны виновные в беспределе, выявлены и по возможности наказаны те, кто отдавал им противозаконные приказа, выявлены и по возможности наказаны те, кто организовывал провокацию.

Беспредел – частный случай или проявление системы?

Напомню, с 22 по 25 октября практически все автомобили, вывозившие продукцию с нашей типографии в Мирном, подвергались досмотру. Не известные нам люди в штатском вели постоянное наблюдение за воротами типографии, в досмотрах участвовали работники ГАИ, нередко – также и ОБЭП. 23 октября к ним присоединились наблюдатель от кандидата в нардепы Евгения Балицкого Юлий Семченко и сопровождавшие его молодые люди. Они не представились, но препятствовали движению нашего автомобиля, нарушая правила дорожного движения – цинично и безнаказанно.

25 октября около 4 утра первый заместитель начальника Мелитопольского горрайонного отдела милиции В. Бондаренко после очередного досмотра настаивал на полном обыске одного из автомобилей. Эта «Газель» везла газеты наших постоянных партнеров в Симферополь и в Ялту.

Несмотря на абсурдность и противозаконность происходящего, я соглашался даже на тотальный обыск. Но, опасаясь провокаций (как выяснилось вскоре – вполне обоснованно), настаивал, чтобы он проводился на нейтральной территории, а когда ситуация стала обостряться – организовал видеозапись и пригласил юристов. Это не помешало нашим доблестным правоохранителям насильно, заломав руки, усадить меня в свой автомобиль и привезти к горотделу. И одновременно доставить на территорию горотдела эвакуатором нашу «Газель», получившую в ходе «спецоперации» повреждения.

Спасибо мобильным телефонам и интернету – инцидент получил широкую огласку в считанные часы. В результате насильственные действия против меня были прекращены, а автомобиль нам вернули. При этом виновные в произволе не были ни названы, ни, естественно, наказаны. Что позволяет предположить: кто-то в системе не готов «сдать своих».

И еще о предположениях. В субботу и воскресенье в округе распространялись листовки явно провокационного содержания с реквизитами нашей типографии. Есть ощущение, что именно их хотели найти организаторы провокации в нашей «Газели». Разумеется, предварительно подбросив их туда.

Резонанс – от сочувствия и поддержки до злорадства и новых провокаций

Начнем с резонанса. Я бы разделил его по направлениям. Одно – от граждан, другое – от коллег, третье – от правоохранителей.

Реакция большинства мелитопольцев была нормальной и здоровой. Наиболее массовая - шок: если такое возможно с известным в городе человеком, на что же рассчитывать «пересiчному громадянину»? При этом многие люди (знакомые, порою – мало знакомые или вовсе не знакомые) выражали солидарность и поддержку.

Коллеги помогали, чем могли. Водители и другие сотрудники типографии все время конфликта вели себя выдержанно и не поддавались на провокации. Наш фотокорреспондент С. Крылов фиксировал беспредел на видео. Наш юрист В. Шипов, постоянно поддерживал меня в правом плане (на помощь ему пришли его мелитопольские коллеги А. Павлий и А. Иванов, затем - киевлянин А. Бурмакин). Редактор «Главной» С. Зализецкая и съемочная группа ТВМ уже утром задали абсолютно правильные вопросы правоохранителям и мне. Очень вовремя поступил звонок от наблюдателей ОБСЕ (мы встречались с ними накануне и даже написали об этом в «Вестях», а потом 2 ноября; они достаточно принципиальны в оценке и данного случая, и ситуации в целом).

Уже вечером мне позвонил первый секретарь Национального союза журналистов С. Томиленко, а назавтра эта уважаемая организация выступила в мою поддержку и обратилась с требованием разобраться в ситуации в Межведомственную группу по _ при Президенте. Позднее с аналогичным обращением выступила Ассоциация издателей периодической прессы, недавно выступившая партнером-организатором Конгресса Всемирной газетной ассоциации в Киеве. А MDLF - Международный фонд развития СМИ, с которым мы сотрудничаем последние девять лет – обратился напрямую к Президенту, направив копии в Генпрокуратуру, в МВД, губернатору, мэру, а также послу США в Украине.

При этом на нескольких сайтах появились достаточно пакостные материалы, намекающие: раз «наехали» - значит, было за что. Вспоминается реплика знаменитого теле-милиционера: «Без дела, Шарапов, у нас никого не сажают». И фразу, приписываемую одному из «сталинских орлов»: был бы человек, а статья найдется.

А пальму первенства по провокационным выдумкам я бы отдал сайту «Наш город», выдвинувшему версию: это все происки братьев Иванкевичей – кандидата в нардепы от КПУ и замначальника ГО УМВД. Насколько мне известно, О. Иванкевич в тот же день обратился (? Уточн.) в _. О реакции не знаю ничего.

А вот о реакции правоохранителей по нашему случаю кое-что знаю. Ее сущность, как мне представляется, такова: любой ценой затянуть дело, а по возможности спустить на тормозах. Оно и понятно: корпоративная солидарность есть у всех (не случайно меня дружно поддержали коллеги), сдавать своих всегда не здорово в плане морали и очень вредно в плане уроков на будущее. В самом деле, начальник ГО УМВД Д. Касай присутствовал при беспределе в четверг, не мог не знать о творившемся с понедельника. Или кто-то поверит, что его подчиненные во главе с первым замом все это время действовали без ведома начальника и соответствующего распоряжения?

Важный нюанс. Работники милиции (в четверговой акции их участвовало не менее десятка), СБУ (я наблюдал там двоих), прокуратуры (она вмешалась потом) получают зарплату из госбюджета – то есть по сути их нанимаем на службу мы, граждане, и мы вправе рассчитывать на их эффективную работу как правоохранителей. Проще говоря, лозунг «моя милиция меня бережет» правоохранители должны воспринимать как непосредственное руководство к действию. А на самом деле?

Правоохранители трудятся, результата не видно

26 октября утром мне позвонил начальник пресс-службы областной милиции А. Вовкодав, с которым мы знакомы и нормально сотрудничаем два десятилетия. Он сказал, что служебная проверка началась уже 25-го, что занимающийся ею в Мелитополе сотрудник из Запорожья обратится ко мне в ближайшее время и что соответствующие меры не заставят себя ждать. В тот же день заявление об этом появилось на сайте облуправления милиции, а на меня действительно вышел его запорожский сотрудник В. Левченко, который взял для передачи начальнику областной милиции генералу А. Сербе мое пояснение на двух страницах и видеозаписи.

27 октября меня пригласил в горрайонную прокуратуру Г. Фомин. Здесь работала целая группа его коллег. Они опрашивали сотрудников типографии, милиционеров, возможно - кого-то еще. Не знаю, были ли среди опрошенных водители эвакуаторов, без объяснения причин манипулировавшие с нашим автомобилем, повредившие его и в итоге утащившие без нашего согласия. Несмотря на прямой вопрос, в прокуратуре мне так и не пояснили, по чьей инициативе все это делается, зачем и почему такая спешка.

Кстати, именно в этот день была расклеена первая провокационная листовка с «липовыми» реквизитами нашей типографии. Я предполагал, что эта гадость – не последняя, и рекомендовал правоохранителям заниматься делом и работать на упреждение правонарушений. Реакции не было, зато мне предложили пройти судмедэкспертизу на предмет отсутствия на теле следов побоев. Вопрос «Зачем?» остался без ответа, зато мы с экспертом В. Ковалем убили время еще и на эту процедуру.

28 октября рано утром я обнаружил очередную провокационную листовку с «липовыми» реквизитами нашей типографии и вызвал милицию. Группа приехала, деятельность была бурной, но неспешной, результат, естественно, нулевым. А ведь в это время провокаторы наверняка продолжали расклеивать листовки и рассовывать их по почтовым ящикам – акция была масштабной.

29 октября мне позвонил следователь прокуратуры П. Коваленко и предложил приехать к ним, чтобы составить какое-то заявление. В ответ я пояснил, что мое заявление в прокуратуру по поводу случившегося, согласованное с киевскими юристами, будет передано туда в течение нескольких часов, что и было сделано. В заявлении я ставил вопрос о правовой оценке всего, что происходило вокруг типографии 22-25 октября, просил определить, присутствуют ли в действиях участников событий признаки преступлений и правонарушений и, если да, привлечь виновных к ответственности. Дабы помочь правоохранителям, я особо поставил вопрос об информаторах (проще говоря, доносчиках, которым, как известно, первый кнут) и о роли участвовавшего в досмотре 23 октября наблюдателя от Е. Балицкого и сопровождавших его молодчиков.

1 ноября В. Левченко позвонил мне из Запорожья и напомнил просьбу – предоставить объяснение от водителя «саме той» автомашины. Он, правда, 27-го уже давал объяснения в прокуратуре, но мы не возражали, и коллеги В. Левченко в типографии поработали с нашим водителей – толерантно и объективно. В этот же день П. Коваленко из горрайонной прокуратуры приехал в редакцию и предлагал мне написать какое-то заявление. Не ясность этого запроса побудила меня пригласить нашего юриста В. Шипова. Из невнятных пояснений П. Коваленко складывалось впечатление, что ему нужно, чтобы юридическую квалификацию действиям В. Бондаренко и прочих участников беспредела дал я, а не он – сотрудник прокуратуры (правда, пока что младший советник юстиции, но следователь-то уже старший), а заодно что-то там подписал. В конце концов он ограничился передачей нам запроса относительно типографских транспортных накладных за 25 октября – что, куда и на каком основании мы перевозили. Назавтра документ был передан в прокуратуру. Дальше – тишина.

Резюме

Осада типографии продолжалась четыре дня последней предвыборной недели – с 22 по 25 октября. Административное рвение перешло в экстаз, а далее - в откровенный беспредел 25 октября, после чего все стремительно сошло на нет. Лично мне представлялось и представляется, что четырехдневная осада типографии, насильственное, без предъявления каких-либо документов, изъятие ее автомобиля, в ходе которого он был поврежден, и насильственные действия против меня лично – звенья одной провокационной цепи. Лично у меня нет сомнений, что закон и здравый смысл в это время то ли отдыхали, то ли нервно курили в углу, что за всеми этими безобразиями стояли влиятельные заказчики и организаторы и что выявить их не так уж сложно – было бы желание. Но есть ли оно?

Отсутствие результатов после недельной вроде бы деятельности позволяет усомниться в этом. Я же, со своей стороны, останавливаться не собираюсь. Виновные в беспределе должны быть названы и наказаны. Организаторы беспредела - те, кто отдавал им противозаконные приказы, должны быть выявлены и по возможности наказаны. Заказчики беспредела - те, кто вдохновлял и организовывал провокацию, должны быть названы и по возможности наказаны. Все происходящее мы будем освещать максимально подробно. Поверьте: ничего личного; у вас своя корпоративная этика, у нас – своя. Примерное наказание – лучшая профилактика.

Так что, продолжение следует.

Читайте также: Предвыборное ЧП: задержаны тираж крымских газет и генеральный директор медиа-холдинга «МВ», в котором они были отпечатаны

Читайте также: Опасный прецедент. Версия Михаила Кумока


 
 


 

Версия для печати
Loading...