Богдан Чегиль: «Противодействие пыткам в правоохранительных органах – одна из основных задач Госбюро расследований»

Добавить новость


9 Декабря 2018 13:15 | Автор: Дмитрий Волков | Просмотров: 886 

27 ноября в Мелитополе начало работу территориальное управление Государственного бюро расследований. На момент верстки номера директор территориального управление назначен не был.

По информации пресс-службы бюро, коллективу его должны представить 5 декабря. Мы же пообщались с временно исполняющим обязанности начальника терруправления ГБР в г. Мелитополь, Богданом Чегилем.

− Богдан Иванович расскажите, каковы задачи ГБР?

− ГБР – это новый правоохранительный орган, который будет расследовать все преступления, которые раньше расследовали следователи органов прокуратуры. Мы не проводим никаких проверок, не составляем административные протоколы, мы проводим сугубо досудебное расследование.
Расследования мы проводим по трем направлениям, для этого у нас создано три следственных отдела. Первый отдел расследует преступления в сфере служебной деятельности и коррупции. Второй – преступления, совершенные работниками правоохранительных органов и в сфере правосудия. То есть мы можем расследовать любые, в том числе и бытовые преступления или коррупционные преступления. Исключение – те 13 «коррупционных» статей, которые расследует НАБУ.
Третий отдел занимается военными преступлениями, кроме ст. 422 Криминального кодекса Украины (разглашение сведений военного характера, что содержат государственную тайну, или утрата документов, которые содержат такие сведения), это подследственность СБУ.

− В чем отличие ГБР от НАБУ?

− НАБУ расследует коррупционные преступления, предусмотренные 13 статями Криминального кодекса Украины. Это присвоение имущества, растрата, злоупотребление служебным положением с тяжелыми последствиями. Допустим, если народный депутат совершит ДТП, то это расследуем мы. А если он совершит коррупционное преступление, то это расследует НАБУ. В то же время, ДБР расследует коррупционные преступления, совершенные правоохранителями – например, сотрудниками Национальной полициии или прокуратуры. Мы ни в чем с ними не пересекаемся. Конкуренции между НАБУ и ГБР нет. Законодатель четко разграничил обязанности и каждый занимается своим делом.
Плюс мы расследуем преступления детективов НАБУ, кроме тех, что подведомственны отделу их внутренней безопасности.

− В каких регионах работает Мелитопольское представительство и почему его решено разместить именно в Мелитополе?

− Территориальное управление, расположенное в г. Мелитополь, распространяет свою деятельность на Автономную республику Крым, Запорожскую, Херсонскую область и город Севастополь. Это зафиксировано в Законе Украины «Про Государственное бюро
расследований».

− Не планируется ли переезд управления в другой город?

− Для того, чтобы изменить расположение теруправления, нужно вносить изменения в Закон. Сейчас этот вопрос не стоит на повестке дня. В то же время, мы понимаем, что находясь в Мелитополе, тяжело расследовать преступления, совершенные в областных центрах. Например, доехать и задокументировать факт преступления в Херсоне займет определенное время, за которое можно скрыть следы преступления. Мы сейчас думаем над тем, как организовать работу следователей в областях.

− Каков штат сотрудников?

− Штат территориального управления – 114 человек. Из них 33 следователя. Сегодня уже работают 25 следователей, четыре руководителя подразделений. Остальные сотрудники – это бухгалтеры, финансисты, юристы, аналитики, сектор материально-технического обеспечения.

− По каким критериям отбирались сотрудники?

− Все без исключения сотрудники отбирались по конкурсу – необходимо было сдать тесты на знание законодательства, выполнить практические задание, пройти собеседования. После этого все победители проходят полиграф, а следователи – еще проверку государственными органами власти. Например, Министерством обороны, Национальной полицией, СБУ, НАЗК и другими.
Финальное собеседование проводит директор теруправления, учитывая данные полиграфа и проверок.
Для следователей в законе определены квоты: 49% – это действующие следователи прокуратуры и других правоохранительных органов (квота «А» и «Б»), 51% – это люди, которые в течении последнего года не работали следователями (квота «В»). Мы пошли дальше, и в квалификационных требованиях вообще отменили опыт работы для этой квоты. То есть выпускники вузов могут выиграть конкурс и прийти работать в новый правоохранительный орган.

− Какова мотивация ваших сотрудников?

− Мы – новый правоохранительный орган, который будет расследовать сложные преступления. У нас – чистая история и поддержка европейских партнеров. Конечно, это интересная работа для любого юриста. Кроме того, законодатель установил высокие зарплаты. Например, у следователя – выше 30 тысяч гривен. Такой зарплаты нет у следователей ни одного правоохранительного органа, разве что за исключением детективов НАБУ.

− Как решаете вопрос с жильем для иногородних сотрудников?

− Сегодня все наши сотрудники из других городов. Они арендуют жилье за собственные средства.

− Какие площади вы занимаете и за чей счет ремонт?

− Мы находимся в здании бывшей амбулатории. На данный момент мы занимаем одно крыло четвертого этажа. Ремонт здесь проведен за счет города. Сейчас мы определяемся, сколько нужно кабинетов. Думаю, понадобится четвертый, третий этаж и на первом этаже комната для приема граждан и охраны. Дальнейший ремонт в помещениях будет проводиться за средства Бюро.

− Расскажите о себе и своей семье.

− Я тринадцать лет проработал в органах прокуратуры, в основном это прокуратура Днепропетровской области. Был помощником прокурора. Долгое время заместителем межрайонного прокурора в городе Никополь, был прокурором Марганца, заместителем начальника следственного управления прокуратуры Днепропетровской области. Последняя моя должность – начальник управления процессуального руководства за следствием прокуратуры Днепропетровской области.
У меня есть семья, но она не в Мелитополе, временно живет в Никополе. А я здесь снимаю жилье.

− Почему решили пойти в ГБР и какова ваша задача-максимум в этой структуре?

− В прокуратуре я работал в следствии, но с созданием ГБР практически у прокуратуры не осталось функций следствия. Потому я решил заниматься тем же, что люблю и умею, но уже в новом правоохранительном органе. Естественно, как и все, я попал сюда по конкурсу.
Программа максимум – я хочу добиться того, чтобы общество понимало, что мы сможем расследовать самые сложные преступления, кто бы их не совершил. Любой гражданин может обратиться и получить квалифицированную защиту от той же правоохранительной системы или по поводу любых нарушений, которые подследственные ГБР.

− То есть, если правоохранители применят к человеку физические методы воздействия, это к вам?

− Конечно. Потому что противодействие пыткам – это одно из приоритетных направлений для нас. Как правило, такие преступления очень тяжело документировать, потому что жертвы насилия со стороны правоохранителей не сразу обращаются. Очень много таких заявлений поступает, когда дело уже в суде. Лишь тогда обвиняемый отказывается от показаний и заявляет, что признание подписал под пытками. Хотя мы помним, что признание вины обвиняемым не является доказательством в суде, факты применения к людям силы все еще бывают.

− Как можно обратиться с жалобой?

− Уже сейчас любой человек может прийти, и мы примем у него заявление. На сайте ГБР уже есть телефоны, по которым можно звонить. Также мы будем принимать и анонимную информацию. Например, если человек обратился инкогнито, но сообщил факты преступления, которые можно проверить, то мы будем их расследовать.


 
 
 

Версия для печати